2012-01-17 11:38:38
ГлавнаяИстория и историография — Организационные, правовые и кадровые основы прохождения службы в милиции НКВД РСФСР



Организационные, правовые и кадровые основы прохождения службы в милиции НКВД РСФСР


Назначение на должность, перемещение и увольнение со службы. В период деятельности рабочей милиции назначение на должность и отстранение от нее начальников милиций и их помощников, как уже отмечалось, являлись прерогативой местных Советов, в ряде мест - партийных ячеек. В отдельных случаях руководители низового звена (начальники волостных милиций) назначались уездными управлениями милиции. Начальник милиции, как правило, подбирал кандидатов на соответствующие должности подчиненного состава и согласовывал вопрос о назначении с соответствующим Советом.

Руководящие органы милиции в ряде мест формировались на демократической основе: во главе их создавались коллегиальные структуры (коллегии, советы), часть членов которых избиралась на общих собраниях личного состава.

С переходом к строительству штатного аппарата милиции Инструкцией НКВД и НКЮ РСФСР от 12 октября 1918 г. были установлены правовые основы и механизм назначения на должность. Инструкция определила, что местные Советы имели следующие полномочия:

- избрание и увольнение соответствующими исполкомами руководителей губернских, уездных и городских управлений милиции;

- утверждение в должности (согласие на освобождение от нее) начальников уездных и городских управлений милиции исполкомами губернских Советов;

- назначение и увольнение помощников начальников милиции соответствующими городскими и уездными исполкомами.

Следовательно, роль начальника губернской милиции сводилась лишь к подбору кандидатов на руководящую должность, их представлению уездным и городским исполкомам либо заведующему отделом управления губисполкома для утверждения в должности или освобождения от нее. При этом рядовых работников строевого состава милиции, активного состава уголовного розыска и канцелярский состав начальник назначал самостоятельно.

Ряд категорий работников милиции подлежал утверждению заведующим отделом управления исполкома. На губернском уровне последний утверждал помощников начальника губмилиции, на уездном и городском - строевой состав наружной милиции и активных работников уголовного розыска.

Для руководителей уездных, городских и губернских управлений милиции Инструкция предусматривала утверждение в должности (согласие с освобождением) другим органом: для начальников губернских управлений милиции - НКВД РСФСР, для уездных и городских - губернским исполнительным комитетом. Представляется, что в последнем случае утверждение руководителя в должности (согласие на освобождение от нее) являлось позитивным моментом: это позволяло, с одной стороны, более объективно оценивать первичное кадровое решение нижестоящего Совета, а с другой - препятствовало бессистемной кадровой политике по отношению к руководящему составу.

Интересно отметить, что согласно Инструкции для начальников уездной и городской милиции (в отличие от всего личного состава) конкретный срок работы в должности не устанавливался. Видимо, это можно объяснить тем, что, с одной стороны, коммунистическая партия активно проводила свою кадровую политику, в соответствии с которой на ключевые руководящие посты государства, в первую очередь в правоохранительные наркоматы, расставлялись «надежнейшие коммунисты», а с другой - эти должности де-юре, являлись номенклатурой соответствующего Совета, который вправе был принимать решения о назначении (смещении) начальника милиции. Закрепление для этих лиц в Инструкции конкретных сроков службы в должности формально породило бы коллизию между партийными органами и Советами. Поэтому не случайно начальники милиции, как правило, не подписывали обязательств (подписок), в которых оговаривался их срок службы в милиции.

Иной порядок назначения на должность был в уголовном розыске. Отбором на службу на местах занимались начальники отделов уголовного розыска губернии. На должности активного состава сотрудники назначались приказами начальников губернских управлений милиции. Ряд категорий работников (начальники, инспектора, субинспектора и агенты первого разряда отделений уголовного розыска) представлялись на утверждение в Центральное управление уголовного розыска РСФСР (Центророзыск).

Условия приема на должность в милицию бывших чинов полиции регламентировались циркуляром Центророзыска от 13 декабря 1918 г. В нем отмечалось, что «агент как ответственный работник Советского учреждения должен без оговорок и виляний стоять на платформе советской власти». Позднее эти условия ужесточились. Бывшие чины полиции могли быть оставлены на работе в милиции и уголовном розыске только в исключительных случаях и с особого разрешения Главмилиции на основании ходатайства прямого начальника, одобренного губернским управлением милиции. В соответствии с постановлением ВЦИК РСФСР от 11 февраля 1919 г. юридическим основанием для принятия подобного решения являлось совместное положительное решение местного исполкома и комитета компартии.

В железнодорожной и речной милиции порядок комплектования (увольнения) кадров практически был идентичен правилам, определенным Инструкцией НКВД и НКЮ РСФСР от 12 октября 1918 г. почти для всех категорий работников милиции. Особенностью являлось только то, что подобные кадровые решения не требовали утверждения заведующего отделом управления исполкома Совета. В то же время уездный исполнительный комитет был вправе уволить любого работника железнодорожной или речной (водной) милиции, несущего службу на территории местного Совета.

Механизм отстранения от должности по несоответствию начальника уездной (городской) милиции согласно Инструкции от 12 октября 1918 г. фактически был скопирован с Временного положения о народной милиции Временного правительства и заключался в том, что инициатором отстранения могли выступать заведующий отделом управления соответствующего Совета и начальник губернской милиции, которые и вносили в уездные (городские) исполкомы обоснованные представления. В случае, если в течение семи дней городской или уездный исполком не принимал решения об отстранении (увольнении), начальник губмилиции через соответствующего заведующего губернским отделом управления, т.е. с его согласия и при его поддержке, направлял документы в губернский исполнительный комитет, решение которого было окончательным.

Инструкция от 12 октября 1918 г. служила правовой базой для принятия в республиках, входящих в состав РСФСР, либо состоящих с ней в договорных отношениях, аналогичных по содержанию нормативных документов. Как правило, из Инструкции заимствовался общий подход, а в зависимости от местных условий, вносились дополнения и уточнения.

В частности, особый порядок назначения на должность и освобождения от нее был определен в народной милиции Дальневосточной Народной Республики. Естественно, он обусловливался «условиями многопартийной системы революционно-демократической власти и опасности возобновления японской интервенции». Наиболее существенным отличием являлось - полное отрешение Советов от участия в кадровой работе милиции. В другой республике - Туркестанской - в правовой механизм освобождения от должности руководителей милиции, установленный упомянутой Инструкцией, республиканский ЦИК 19 ноября 1919 г, внес существенную новацию: НКВД разрешилось самостоятельно смещать с должности начальников милиции, назначенных местными Советами. В данных случаях явно прослеживаются усиление централизации органов милиции в республиках и повышение роли НКВД в кадровой работе на местах.

Милитаризация милиции, сведение ее личного состава в воинские формирования (полки, бригады, дивизии) обусловливали необходимость внесения изменений в порядок назначения на должность и увольнения со службы начальников губернских и уездных управлений милиции, ибо он вошел в определенное противоречие со складывающейся военно-политической обстановкой в стране, организационно-штатной структурой органов милиции, ее правовым статусом «частей особого назначения». Усугубляло положение и то обстоятельство, что в декрете СНК РСФСР от 3 апреля 1919 г. эти вопросы не оговаривались. В ряде мест руководствовались принципом революционной целесообразности и (по аналогии с порядком назначения, перемещения и увольнения военнослужащих Красной Армии) были приняты постановления Советов о расширении полномочий в этих вопросах руководителей губернских управлений милиции. За уездными исполкомами было оставлено право обжалования кадровых решений с указанием конкретных мотивов, и «это не встречало противодействия со стороны ни центральных, ни местных властей, поскольку отвечало целям организации вооруженной защиты». Вместе с тем документа, вносившего ясность в данный вопрос, на уровне НКВД РСФСР так и не было принято.

Инструкция НКВД и НКЮ от 12 октября 1918 г. нормативно закрепила широко распространенный на местах специфический кадровый документ - Обязательство кандидата на службу. Этот акт обязывал работника милиции прослужить определенный срок (не менее шести месяцев), «оказывать помощь Красной Армии в случае внешней угрозы советской власти», «беспощадно подавлять все выступления против Советского правительства», защищать интересы рабочего класса, крестьянской бедноты. Одновременно он предоставлял руководителю органа милиции юридические полномочия для привлечения подчиненных к «законной ответственности и высшей мере наказания» за нарушение «хотя бы одного и перечисленных пунктов законов, декретов Рабоче-Крестьянской власти». Объяснить термин «высшая мера наказания» довольно сложно. Полагаем, что в его содержание не входило привлечение лица к уголовной ответственности. Скорее всего, он включал в себя (и практика вскоре это подтвердила) административную ответственность подчиненного - вплоть до увольнения из органов милиции. В дальнейшем, чтобы воспрепятствовать данному лицу вновь поступить на службу в другой орган милиции, его фамилия вносилась в специальные списки Главмилиции, рассылаемые на места. Следовательно, данное Обязательство являлась интегрирующим документом, который одновременно выступал в качестве личного обязательства о политической лояльности правящему режиму и своего рода прообразом контракта, закрепляющего на службе работника милиции на определенный срок.

В марте 1920 г. специальным циркуляром НКВД РСФСР был установлен порядок, по которому увольнение сотрудников милиции, их переводы, смещения, отзывы должны были проводиться «только с согласия начальника губернской милиции», и таким образом формально провозглашалось недопущение «кадровой чехарды» в отношении личного состава милиции, инициаторами которой, как правило, выступали партийные и советские органы на протяжении всего предшествующего периода.

Статистика показала, что подобная мера не затронула глубинные причины текучести кадров. В 1921 г. в 54 губернских, областных и республиканских управлениях милиции сменилось 125 начальников, в 419 уездах - 1197 начальников уездных управлений милиции. Таким образом, в среднем в течение одного года произошла смена в каждом губернском управлении милиции двух начальников, в уездном - почти трех. Сложившееся положение с руководящими кадрами милиции обусловило принятие в октябре 1921 г. постановления ВЦИК, которое устанавливало для этой категории лиц несменяемость в течение года. Одновременно нормативно закреплялось, что назначение, перемещение и увольнение начальников милиции должны производиться с предварительного согласия вышестоящего органа милиции. На эти должности должны были назначаться лица, имеющие, как правило, стаж милицейской или военной службы. Данное решение было подтверждено телеграммами секретаря ВЦИК от 3 января и 3 мая 1922 г.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789101112




Интересное:


Государственное обеспечение и охрана социальных прав работников милиции НКВД РСФСР
Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина
Влияние традиций на управление сферой культуры на пороге ХXI века: история, современность, прогнозы на будущее
Наркомат юстиции РСФСР в условиях военного коммунизма
К истории исполнительной власти в России
Вернуться к списку публикаций