2009-07-09 15:54:18
ГлавнаяМасс-медиа — Ограничения свободы массовой информации, установленные федеральными законами



Ограничения свободы массовой информации, установленные федеральными законами


Решению проблемы отсутствия эффективных ограничений распространению в СМИ информации, наносящей вред здоровью, нравственному и духовному развитию детей (информации сексуального характера, а также изображающей чрезмерное насилие и жестокость) способствует проект федерального закона № 108017-3 «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (об усилении уголовной ответственности за нравственное растление, сексуальное совращение и эксплуатацию несовершеннолетних), принятый Государственной Думой в первом чтении в июне 2002 года, внесенный депутатами С.П.Горячевой, Н.Ф.Герасименко и др.. Этот законопроект, в частности, предусматривает установление ограничений свободы распространения массовой информации, содержащей материалы порнографического характера с изображением несовершеннолетних.

В этой связи следует обратить внимание на Рекомендацию № R(97)19 Комитета министров Совета Европы «О демонстрации насилия в электронных средствах массовой информации», принятую 30 октября 1997 года. В ней содержатся предложения, касающиеся немотивированного изображения насилия в электронных СМИ, а также международно-правовое обоснование необходимости ограничения свободы слова и свободы массовой информации. Определено, что свобода слова включает в себя право на распространение и получение информации и идей, которые включают й демонстрацию насилия, но при этом, некоторые формы немотивированного представления насилия могут быть ограничены законом. Под немотивированным представлением насилия в Рекомендации понимается «распространение выражений, слов и образов, содержащих насилие, причем представлению насилия придается значение, которое не оправдывается общим содержанием». Там же приводятся рекомендации по ответственности и мерам воздействия, применяемым государством к лицам, ответственным за содержание СМИ: (1) включить в число условий получения лицензии на вещание обязательства, налагаемые на вещателей, касающиеся демонстрации насилия, сопровождающиеся мерами административного характера, такими, как невозобновление лицензии, когда эти обязательства не выполняются; (2) предоставить возможность потребителям продукции электронных СМИ, как отечественным, так и зарубежным, критикующим насилие в содержании конкретных вещателей или продукции, подавать жалобу в орган регулирования или иной компетентный государственный орган; (3) государства должны эффективно применять соответствующие гражданские, уголовные и административные санкции к лицам, ответственным за содержание СМИ, распространяющим материалы с немотивированной демонстрацией насилия, которая грубо оскорбляет человеческое достоинство или нравственное развитие публики, в особенности молодежи.

Таким образом, следует признать, что законодательство Российской Федерации не содержит норм, обеспечивающих защиту ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, а лишь провозглашает «о принятии мер», что, разумеется, никак не защищает детей.

Запрет распространения информации, угрожающей общественному порядку, в т. ч. запрет пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, а также пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (ч.1 ст.29 Конституции РФ), установлен в статье 11 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114 «О противодействии экстремистской деятельности», статьях 280 «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности» и 282 «Возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды» Уголовного кодекса РФ.

Как отмечает М.А. Федотов, один из авторов Закона «О средствах массовой информации» основные проблемы в реализации ст.282 УК РФ заключаются в сложности судебного доказывания намерения (цели) подсудимого лица возбудить соответствующую вражду или унизить национальное достоинство определенных лиц, та как уголовно-наказуемое деяние предполагает его умышленное совершение.

Однако ответственность физического лица - автора материалов, распространение которых подпадает под действие ст.282 УК может не наступить, если вина его не доказана. Но это не означает, что редакция СМИ - юридическое лицо не понесет ответственности за злоупотребление свободной массовой информации в соответствии с Законом о СМИ. Согласно статьям 4, 32, 59 этого закона указанное деяние может привести к административно-правовой санкции в виде аннулирования лицензии у соответствующего вещателя при условии, что ранее в его адрес были вынесены письменные предупреждения в связи с допущенными им нарушениями лицензионных условий.

Весьма существенными для правового регулирования деятельности СМИ, на наш взгляд, явились Федеральные законы от 25 июля 2002 года «О противодействии экстремистской деятельности» и «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». Статьей 11 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» установлен запрет распространения через СМИ экстремистских материалов и осуществление средствами массовой информации экстремистской деятельности. В статье 1 этого Закона установлено понятие экстремистских материалов, которое включает предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство. Понятие «экстремистская деятельность», как следует из ст.1, включает в себя деятельность СМИ по совершению действий (в т.ч. - распространению информации), направленных на возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию, направленной на унижение национального достоинства, пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности. Как легко заметить, в указанных определениях использовано множество оценочных понятий, значение которых не раскрыто в законах и, следовательно, подлежит выяснению в ходе судебного казуального толкования при рассмотрении конкретных дел. Все бремя выяснения критериев установления признаков экстремистских материалов (деятельности) возложено этим Законом на судей, которые, по большей части, не имеют опыта рассмотрения таких дел. Разъяснений Верховного Суда по применению законодательства при рассмотрении таких дел тоже нет. Например, возникнут такие типичные затруднения как вопрос, считать ли экстремистскими материалы с анализом причин террористической деятельности, имеющих неоднозначные оценки, при этом прокуратура будет настаивать, что такие материалы оправдывают терроризм.

Применение Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» потребует правоприменительного толкования норм этого Закона и, тем самым, будет способствовать непредсказуемому развитию судебного толкования как источника права. Тем не менее, достоинством данного Закона мы считаем именно закрепление в нем судебного порядка установления фактов экстремистской деятельности и распространения экстремистских материалов.

Следует обратить внимание также на то, что в законодательстве Российской Федерации ограничения свободы массовой информации для вещательных средств массовой информации и для печатной прессы в части требований к допустимому содержанию их материалов и сообщений, не имеют значительных различий, за следующими исключениями:

1) согласно абзацу 1 статьи 4 Закона о СМИ, установившему запрет на использование СМИ для «распространения передач, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости», вполне правомерным является распространение периодических печатных изданий, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости;

2) лицензирование как административно-правовой метод регулирования действует в отношении вещательных СМИ -организаций, осуществляющих телевещание и радиовещание, и не применяется к печатным СМИ. С 11 февраля 2002 года - даты вступления в силу Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности», соответствующий лицензируемый вид деятельности называется «использование орбитально-частотных ресурсов и радиочастот для осуществления телевизионного вещания и радиовещания» (п.2. ст.1), но данным Законом лицензирование этого вида деятельности не регулируется. В настоящее время лицензирование теле- и радиовещания осуществляется на основании подзаконных актов (постановлений Правительства), что, по нашему мнению и мнению ряда специалистов, не соответствует Конституции Российской Федерации и ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Указанные различия не соответствуют необходимости установления более дифференцированного регулирования, что обусловлено существенными различиями характера воздействия (силы влияния) на аудиторию информации, распространяемой этими двумя видами СМИ, а также разной численностью зрителей телепередач и слушателей радиопередач и другими существенными факторами.

Различия правовых ограничений свободы деятельности государственных СМИ и негосударственных СМИ обуславливаются объективными различиями статуса их учредителей, порядка создания и целей их деятельности, установленных соответствующими правовыми актами (в том числе уставами).

Для негосударственных организаций, осуществляющих телевещание и радиовещание и редакций периодических печатных изданий, созданных в форме коммерческих организаций, главной целью деятельности, соответствующей законодательству, является извлечение прибыли. Государство не вправе устанавливать для негосударственных СМИ ограничения свободы распространять массовую информацию, которые бы вели к несоразмерному целям таких ограничений ущемлению их коммерческих интересов, за исключением тех случаев, когда такие ограничения необходимы для защиты детей от информации, наносящей вред их здоровью, нравственному и духовному (интеллектуальному и психическому) развитию, а также в других конституционно признанных целях ограничений.

Государственные СМИ, учрежденные органами власти, представляющими интересы народа, по своему происхождению обязаны в своей деятельности ставить главной целью обеспечение общественных интересов в содержании материалов, а не интересов одной из ветвей власти или «гаранта Конституции» и его окружения.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011121314




Интересное:


Понятие «свобода массовой информации»
Анализ конституционных основ свободы массовой информации
Средства массовой информации и российская государственность
Конституционные основы правовых ограничений свободы массовой информации
Масс-медиа - информационная основа политической системы общества
Вернуться к списку публикаций