2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяГосударственное и муниципальное управление — Активный город и местное самоуправление



Активный город и местное самоуправление


Городское развитие как приоритет

70 процентов населения России живет в городах, здесь производится основная часть национального продукта, принимаются “судьбоносные” для страны решения, происходят важнейшие политические события, делаются открытия и изобретения, хранится значительная часть культурного наследия. В то же время, город как был, так и остается “слепым пятном” в практике государственного управления и народно-хозяйственного планирования. Это касается всех городов, за минусом Москвы и Петербурга, а также поселков, сел и других населенных пунктов. Так было в советское время, так происходит и сейчас.

В советской системе народно-хозяйственного планирования, построенной под цели прорывной индустриализации, развитие регионов и городов было подчинено интересам промышленного производства. Город представал в глазах Госплана не как экономическая, социальная, культурная и историческая реальность, а исключительно в виде “городского хозяйства”, мало, чем отличающегося от завода или фабрики.

Город мог быть чем угодно – пересчитываемым “подушно” населением, городом-спальней, где занимаются “демографической деятельностью”, объектом градостроительного проектирования или охраны социалистической собственности, но только не городом людей и для людей.

Реально, это отношение к городам, прививавшееся долгие годы, было неприкрытой формой эксплуатации населения, оправдываемой “государственной необходимостью”. Оно мало, в чем изменилось и в последнее десятилетие. Сброс жилищно-коммунального хозяйства и основной части социальных расходов на ответственность местной власти, активное противодействие формированию полноценной муниципальной финансово-инвестиционной структуры – не единственные тому подтверждения.

В последние годы - в том числе, благодаря особой роли местного самоуправления в системе государственного управления - население и местная власть стали сходиться в признании важности социального партнерства, плодотворной неизбежности жить и действовать “вместе”, в понимании ценности исторической идентичности “места” и его культурного наследия. Там, где муниципальное самосознание достаточно продвинулось в этом направлении, город и сам обретает собственный голос в диалоге об общественном развитии, заставляет услышать себя, получает шанс стать городом-хозяином, городом-предпринимателем, пространством собственного инновационного развития. И поэтому - городом людей.

Многие большие и малые города уже сегодня готовы вступить в диалог с государством – о путях выживания и развития страны. Дело лишь за тем, чтобы государство повернулось к городу лицом и увидело в нем полноправного партнера по развитию.

Если мысленно взглянуть на историю формирования Российской империи и попытаться выделить сущностные характеристики современной России, нельзя не признать, что наличие мощной сети современных городов, концентрирующих в себе ресурсы и потенциал развития, способных удержать целостность территории России является непременным условием ее сбалансированного развития.

Сколько бы мы не рядили, уменьшая или увеличивая число Субъектов Федерации, очевидно, что общее количество городов и количество потенциально современных городов в России в долгосрочной перспективе не изменится.

Отношение к процессам урбанизации меняется с переходом от индустриального к постиндустриальному типу общественного развития. Сегодня степень урбанизированности измеряется не столько долей городского населения в стране, сколько распространенностью модели городского образа жизни, - исторически складывавшегося в крупных городах.

Развитие транспортных и телекоммуникационных систем, сервисного сектора экономики, распространение массовой культуры создало предпосылки для сквозной сервилизации образа жизни. Спрос на элементы образа жизни, отвечающие современным цивилизационным стандартам, становится одной из важнейших системообразующих активов развития.

Искомая ныне политика пространственного развития и стратегия проектирования систем расселения не может не опираться на удовлетворение этого специфического цивилизационного спроса, в той или иной мере присущего, как показывают данные социально-экономических исследований, всем без исключения слоям населения и составляющего основу социальной однородности населения. “Средний класс”, о котором политологи говорят как об опоре гражданского общества, в современных условиях, формируется не по отношению к средствам производства, а по отношению к цивилизационным стандартам образа жизни.

Переход к модели постиндустриального развития не устраняет необходимости доиндустриализации депрессивных секторов экономики и доурбанизации депрессивных регионов страны. Точно так же, спрос на элементы образа жизни, отвечающие современным цивилизационным стандартам, не отменяет реальности социального расслоения населения, неравенства доходов и собственности, определяющих возможности роста благосостояния и достижения желаемого качества жизни. Однако игнорировать тенденции постиндустриального развития и мотивационные ресурсы цивилизационного спроса в стратегическом отношении, означало бы потерю одного из важнейших ориентиров перспективного развития.

За последнее десять-пятнадцать лет все развитые страны прошли путь к пониманию особой роли городов. В Европейском сообществе городская политика стала центром регионального развития.

Вместе с тем, приходится признать, что в России процесс осознания необходимости развития сети современных городов, являющейся базовой характеристикой развитости общественно-государственных институтов, идет очень медленно. Сегодня мы не можем не считаться с возможностью реализации в России устаревшей модели развития с одним финансово-политическим центром, с одним цивилизационным, то есть градообразующим полюсом, несмотря на то, что реализация такой модели были бы убийственны для ее будущего.

Разумеется, реалистическая пространственная и городская политика немыслима без экономического роста, социальной стабилизации и сохранения культурного наследия. Но, одновременно, эта политика является не только стратегической целью, но и средством решения проблем антикризисного управления. Можно утверждать, что ровно в той степени, в которой получат свое развитие российские города, получит свое развитие и нация в целом.

В одном отношении это более чем очевидно: в число приоритетных направлений стратегии развития должно быть включено развитие каркасной сети городов, которая стала бы несущей конструкцией для сохранения инновационных потенциалов роста (научно-технологических, информационных и образовательных) и важнейших для страны мирохозяйственных и культурных связей. Данный тезис является оппозицией распространенному суждению, что несущей конструкцией инновационного потенциала страны, по-прежнему, может быть военно-промышленный комплекс.

Утверждать, что пути выхода из кризиса сконцентрированы на развитии промышленного производства, т.н. реального сектора значит значительно заужать проблему.

Сегодня промышленное производство столкнулось, прежде всего, с неразвитостью инфраструктуры: финансовой, коммуникационно-информационной, городской. Развитость инфраструктуры - основное ограничение и, одновременно, условие развития государства в современном мире.

Следует признать, что города оказываются востребованы в определенном типе социально-экономического устройства, построенном на использовании высоких технологий, высокоинтеллектуальной и высококвалифицированной рабочей силы. Ранее города завлекали промышленность, теперь завлекают людей высокой квалификации. Раньше поддерживали предприятия, теперь зовут инвесторов, предпринимателей, менеджеров, ученых, преподавателей, артистов, врачей, т.е. тех, кто составляет “человеческий капитал”.

Сегодняшние российские города также привлекают к себе наиболее активную, мобильную часть населения. Однако, таких городов сегодня крайне мало. По большому счету, один - Москва.

Речь сегодня идет не просто о том, что Россия нуждается в городах с развитой экономикой, приемлемым уровнем жизни и современной городской культурой. Этим дело не ограничивается уже потому, что, будучи точками наиболее интенсивной жизнедеятельности, города образуют сеть опорных мест развития и управляемости страны, являются скрепами её динамической устойчивости и целостности.

Разбросанность наиболее крупных и развитых городов по большому пространству страны, очень неравномерная и в целом малая плотность населения, не преодоленная пока тенденция сокращения его численности – все это приводит к тому, что вопрос о направленности и интенсивности городского развития приобретает в России стратегическое значение.

Для того чтобы устойчивое и управляемое развитие стало практически значимой стратегией, его проработки должны быть перенесены в плоскость пространственного и городского развития. И ключевым здесь будет вопрос о той каркасной сети городов, с опорой на которую можно будет, поддерживая единое управленческое пространство страны, сконцентрировать в них необходимые для будущего страны активы развития.

Общенациональная политика в отношении процесса урбанизации, создания каркасной сети современных городов – это и основа политики развития местного самоуправления, важнейшее средство сохранения государственной целостности.

Очевидно, что если мы на самом деле принимаем гражданское общество как ценность и цель общественного развития, если мы стремимся к развитию не только промышленности и рынка, но и городов и городских сообществ, то становление местного самоуправления является ключевым моментом, способным привести в движение весь человеческий капитал России.

Чем быстрее нам удастся изменить стереотипы управления городом, построенные на отраслевом планировании и финансировании, тем скорее мы перейдем к системе управления на основе программно-функционального подхода, когда управление строится в опоре не на отрасли, а на приоритетные городские сферы.

Важнейшим условием сбалансированного городского развития, как показывает опыт европейских и американских городов, является наличие согласия между различными городскими сообществами и системой управления по приоритетным направлениям развития. Достижение этого согласия требует решения приоритетных задач, направленных на развитие и поддержание системы общественного самоуправления, изменение системы внутригородского управления, с тем, чтобы органы управления были максимально приближены к населению, были ему подотчетны и подконтрольны, обеспечение открытости деятельности органов местного самоуправления.

До тех пор, пока мэр города будет восприниматься как “главный администратор”, а средоточием местного самоуправления будет считаться городская администрация, а не само городское поселение и живущие в нем люди, город не станет главным “предметом ведения” местного самоуправления и важнейшим учетным объектом управленческой деятельности и мысли всех ветвей и уровней власти.

А пока это так, пока город остаётся для власти слепым пятном, она будет невосприимчивой к целому ряду настоятельных вызовов, рисков и проблем, от адекватного ответа на которые впрямую зависит историческая судьба нашей страны и наших народов.

Городское развитие и местное самоуправление

В 1998 г. исполнилось три года со дня вступления в силу федерального закона “Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации”. Безусловно, три года несопоставимо более короткий срок, чем прошедшие 80 лет разрушения естественной среды наших городов (и других поселений) и традиций самоуправления граждан. Но мы вполне можем использовать его как повод, чтобы задуматься, если не о результатах, то о направлении нашего муниципального развития.

Следует признать, что первые три года государственно-муниципального становления в России, несмотря на достаточно интенсивные попытки осознания сути самоуправления в гражданском обществе, все же не вышли за рамки сугубо организационно-административной и организационно-экономической проблематики. И не одни финансовые и правовые затруднения тому причиной.

Показательно, что большая часть публикаций о местном самоуправлении в России посвящена вопросам муниципального права или состоянию нормативно-правовой базы местного самоуправления, которая оценивается на ее соответствие нормам Конституции РФ, Закона об общих принципах местного самоуправления в РФ или Европейской хартии о местном самоуправлении. Куда меньшее внимание уделяется реальному состоянию местного самоуправления, тому, как оно работает в качестве системы социальных институтов, как эти институты фактически вписаны в социально-институциональную ткань нашего общества, как они функционируют в ней.

За прошедшие годы мало кто говорил о местном самоуправлении как пути развития гражданского общества, о государственной политике в отношении городов, об изменении требований к практике государственного управления в связи с процессом становления местного самоуправления, о прозрачности межбюджетных отношений разного уровня, о гуманитарных технологиях решения городских проблем, о человеческом и культурном потенциале городских сообществ.

Между тем, для жизнедеятельности населения и города важна не столько формально-юридическая проработанность правовых основ местного самоуправления, сколько то, в какой мере уже принятые правовые нормы реализуются в практике управления и социальной политике, реализуемой в городе, в какой степени эта управленческая практика ориентирована на использование человеческих ресурсов города, в какой степени она опирается на предпринимательские и гражданские инициативы населения.

Социологический анализ гражданских и демократических институтов развитых стран показывает, что непременным условием их эффективности является высокая степень социальной сплоченности, высокий уровень доверия населения власти, ориентация на социальный, культурно-образовательный и человеческий капитал городов.

Основной причиной, препятствующей становлению местного самоуправления, является недоверие к гражданским ценностям, правовой нигилизм, отсутствие социальной сплоченности и доверия в обществе, закрытость власти для населения.

Все это позволяет усомниться в наличии достаточных условий для развития местного самоуправления в нашем обществе и, одновременно, позволяет квалифицировать развернувшийся кризис как, прежде всего, как гуманитарный кризис.

Анализ практики местного самоуправления в развитых странах показывает, что, в условиях обострения финансовой ситуации в государстве, основная тяжесть по выполнению его социальных обязательств ложится на плечи органов местного самоуправления, и общая стабильность в большей степени зависит от их устойчивости, чем от других уровней управления в государстве.

Признавая, что обострение нынешней ситуации связано с глубочайшим кризисом доверия граждан к большинству государственных институтов - что выводит кризис в гуманитарную плоскость, - отметим, что из всех государственных институтов только церковь и местное самоуправление сохраняют довольно высокий уровень доверия граждан.

Однако местное самоуправление почти не использует это данное Богом преимущество. Доверие населения к местному самоуправлению начинает убывать по мере снижения уровня: от мэра к жэку. Оно держится в основном на харизме лидера, а не на качестве предоставляемых населению услуг.

В стране происходит и начинает набирать силу процесс формирования корпораций на местном уровне. Уместен вопрос: не настало время впрямую заняться его управленческим освоением?

Усилению роли местных корпораций объективно способствует специфика деятельности муниципальных администраций и позиция глав муниципальных образований. Дело даже не в том, что их внимание преимущественно концентрируется на вопросах финансово-бюджетной обеспеченности, а в том, что улучшение бюджетного положения во многих случаях рассматривается исключительно с точки зрения перераспределения средств федерального и региональных бюджетов в пользу муниципальных образований (и стоящих за ними финансово-политических, а иногда и криминальных корпораций).

Вместе с тем, начавшееся уже формирование корпораций на муниципальном уровне, - прежде всего, конечно, в крупных городах-донорах, - выявляет значительное отличие механизмов функционирования и интересов местных корпораций от корпораций общероссийских и региональных.

И дело тут не столько в объемах ресурсной базы корпоративных структур, сколько в специфике и приоритетности используемых корпоративных ресурсов.

Есть основания полагать, что основными ресурсами роста местных корпораций будут:

- городская недвижимость и инфраструктура (включая развитие систем обслуживания и благоустройство территории);

- растущий спрос населения на элементы повседневного образа жизни, отвечающие современным цивилизационным стандартам;

- социальная сплоченность местного сообщества, формируемая вокруг социальных традиций и культурного наследия его места обитания;

- человеческий и образовательный капитал местного сообщества.

Скорее всего, гуманитарный капитал городов ещё достаточно долго будет оставаться “в тени” неопределенных нормативно-неформализованных - в том числе с криминальным оттенком - отношений. Однако выход на публичную поверхность общественной жизни корпоративных структур, образующих своего рода социальную ткань общества, не остановим. И весь вопрос в том, как оно справится с задачей установления здоровых и социально-плодотворных отношений между корпоративным и гражданским измерениями своего развития.

В этих условиях лидерам и идеологам местного самоуправления предстоит ответить на вопрос: как не только сохранить, но и обеспечить развитие инициативного гражданского участия населения в разрешении самых разных вопросов жизни города и людей. Причем, не только сегодняшней, но той, что может стать доступной в ходе проектируемого городского развития, не жизни, униженной до забот о выживании, но той, что отвечает представлениям человека о его достоинстве.

Этот процесс является одной из важнейших управленческих рамок развития местного самоуправления. Им задается та система объективных требований, без учета которых решение муниципальных задач никогда не сможет выйти за узкие организационно-технические рамки.

В качестве общей рамки организационно-управленческой работы должно быть принято гражданское участие различных городских сообществ в процессе местного самоуправления.

Соответственно, целью этой работы является вовлечение возможно большего числа таких сообществ в процесс местного самоуправления, а условием поддержки их самоуправляющейся деятельности – степень ответственного участия в этом процессе.

У различных по своей социальной природе форм самоуправления есть общие черты, позволяющие объединить их в один класс городских управленческих задач и предполагающие единство подхода к их решению.

Своеобразие гражданского самоуправления состоит в том, что оно - в отличие от территориального, социально-группового и профессионального - не предполагает заранее заданной принадлежности граждан к той или иной самовоспроизводящейся общности людей. Тут, в самом прямом смысле, речь идет о свободной ассоциации, о добровольном и сознательном участии, опирающемся на осознание жизненной важности той или иной ценности или проблемы.

Самоуправление является правом, а не обязанностью граждан, социальной ценностью гражданского общества и ресурсом городского развития, а не низшей ступенькой городского управления.

Самоуправление опирается на инициативу и добровольное гражданское участие, которые можно только поддерживать (а не навязывать), создавая условия для его воспроизводства и развития.

Самоуправление основывается на информированном согласии граждан в отношении городской политики, проводимой властями (в том числе и в отношении прав на самоуправление).

Наиболее часто обсуждаемые сегодня требования к проектам и программам по выводу страны из кризиса можно просуммировать следующим образом.

1. В международном плане:

- Сохранение достаточного уровня интеграции России в глобальную финансовую систему, мировой рынок потребительских товаров, технологий и промышленной продукции. Это положение связано с сырьевой ориентацией российской экономики, невозможностью собственными ресурсами обеспечить выживание населения и удовлетворить сложившиеся стандарты потребления.

- Восстановление доверия зарубежных инвесторов к финансовой системе и правительству России. Без внешних заимствований при высоком оттоке капитала из России невозможно реализовать ни одну инвестиционную программу.

- Сохранение обязательств по международным займам как условие получение новых займов.

- Обеспечение безопасности страны в различных ее аспектах.

2. Во внутреннем плане:

- Выбор вариантов политического режима, способных наиболее эффективно реализовать разрабатываемые антикризисные меры (вплоть до “сильного” авторитарного). При этом следует учитывать, что возможные модели должны быть завязаны с системой требований международного сообщества к демократическому государству с рыночной экономикой.

- Выбор альтернативы государственно-конституционного и административно-территориального устройства страны (альтернатива федерации/конфедерации, различные модели федерализма, смысл важнейшего в нынешней ситуации политического концепта “целостности России”), обеспечивающей желаемое состояние России в глазах ее основных кредиторов. Практически никто из них не выступает за сегментацию России из-за боязни потерять влияние и управление ситуацией.

- Снижение уровня социальной напряженности и решение проблем повседневного жизнеобеспечения населения путем реализации социально-ориентированной стратегии экономического развития (не сформулированной пока с достаточной определенностью).

- Целесообразное и допустимое ограничение информационных свобод.

Показательно, что из этого круга проблем, несомненно, крайне значимых сегодня, вопросы, связанные с будущим местного самоуправления - важнейшего из институтов современного гражданского общества и правового государства - выпадают.

В сознании руководителей федеральных министерств и ведомств, региональных правительств и, как ни странно, некоторых органов местного самоуправления все еще сохраняется представление, что единственно правильной формой властных отношений в обществе является административно-управленческая вертикаль. Как следствие этого представления, каждый из самостоятельных уровней управления лишается возможности и необходимости самостоятельно ставить цели социально-экономического развития, соотнося их с целями государства и общества в целом.

Нормативно-правовые средства управления, как одна из немногих возможностей согласования целей и интересов различных социальных групп (и субъектов деятельности), осваиваются крайне медленно. Силовые методы решения конфликтов, косвенным образом восстанавливающие формально отсутствующую вертикаль, по-прежнему доминируют в практике государственного управления.

Реально имеет место конкуренция двух рамок: правовой и силовой (чрезвычайной). До сих пор нет ответа на вопрос, возможна ли интеграция этих рамок в политической и организационно-управленческой действительностях и каким образом. Пока один сценарий вытесняет другой, при очевидном преимуществе силовой рамки.

Таким образом, можно поставить вопрос о жертвах, который народ готов принести за свое благополучие.

Относится ли к их числу местное самоуправление?

Понимаем ли мы, что местное самоуправление - универсальный инструмент обеспечения гарантий прав и свобод граждан на всей территории страны?

Можно ли утверждать, что без местного самоуправления Россия сохранит право считаться демократическим государством с рыночной экономикой. Готово ли мировое сообщество согласиться с “временной” отменой местного самоуправления в России?

Последнее время показывает, что именно ориентация на гражданское общество является основанием для восстановления доверия мирового сообщества к России.

Вопрос о местном самоуправлении - это не только вопрос о наполняемости местных бюджетов и возможностях жизнеобеспечения населения в городах и сельских местностях. Худо-бедно, с этим справлялась и местная власть советских времен.

И это не только вопрос о функциях и предметах ведения местной власти, разграничении государственных и муниципальных полномочий, роли представительной и исполнительной власти на местах.

Подлинный нерв вопроса о местном самоуправлении - это доверие к правам и возможностям местных сообществ - по своей инициативе и под свою ответственность - решать свою человеческую судьбу, обеспечивать достойный человека уровень и качества жизни.

Речь идет об использовании институтов местного самоуправления для стимулирования экономического развития муниципальных образований (городов и сел), о сохранении свободного гражданского участия населения в выборе направленности местного развития, в сохранении исторического своеобразия местного образа жизни и культурного наследия, о формировании здорового гражданского чувства и идентичности (сплоченности) местного сообщества.

Развитие местного самоуправления и становление гражданского общества – это один и тот же процесс, рассматриваемый с двух точек зрения (и уровней рассмотрения). То, что при "страновом взгляде" выглядит как гражданское общество, при "муниципальном взгляде" предстает как местное самоуправление. Местное самоуправление – это институт (установление, устой) гражданского общества. Социальный институт, реализованный в конкретной общественной ткани, а не просто "совокупность однородных юридических норм", как он определяется в юридическом языке.

Между гражданским обществом и местным самоуправление имеет место отношение коэволюции, благодаря которому одно развивается лишь в меру развития другого.

Мы утверждаем, что местное самоуправление - это основа и оплот России как правового и гражданского государства, институциональная гарантия и залог не только выживания страны, но и ее дальнейшего продвижения по пути реформ.

Развитость местного управления, наличие политических и экономических перспектив его дальнейшего роста в ткани государственной жизни остается важнейшим критерием оценки того направления, по которому России предстоит выпутываться из сложнейшей кризисной ситуации, в которую она попала. На каком бы градусе либерализма/авторитаризма не кристаллизовался политический режим в России ближайшего будущего, без местного самоуправления, без инициативы граждан в делах достойного жизнеобеспечения и поддержания правопорядка ей не обойтись. Вопрос только в том, будет ли это самоуправление теневым, криминализованным и коррумпированным самоуправством или легитимным самоуправлением, удовлетворяющим нормам права и обыкновениям гражданского общежития.

Разработки, сделанные Центром государственного и муниципального управления Германского фонда международного развития показывают, что основной задачей, которую необходимо решить для преодоления системного кризиса, является преодоление исторически сложившегося стереотипа муниципального стимулирования экономики (МСЭ), замешанного на политических соображениях и личных пристрастиях чиновников.

Рост должен быть достигнут на пути стимулирования таких предприятий, которые способны внести наибольший вклад в создание муниципальной добавочной стоимости и получения дохода от мобилизации ранее не использовавшихся потенциалов территории.

Чтобы на территорию вошел капитал, сегодня не нужно согласие местных властей, нужна заинтересованность капитала.

Поэтому МСЭ требует переноса акцента на содействие эндогенному развитию, т.е. мобилизации имеющихся, но не использовавшихся или недостаточно использовавшихся ресурсов.

Городам сегодня нужны предприятия с максимально длительным сроком жизни, устойчивая структура занятости, устранение дисбаланса между первичным, вторичным и третичным секторами.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Модель взаимодействия федеральных и региональных органов государственной власти: характерные черты
Местное самоуправление в конституционно-правовом пространстве современной России
Место и роль муниципального образования в системе федеративных отношений в России
Государственное управление в современной системе организация государственной власти России
Роль и место парламентского контроля в механизме взаимодействия органов государственной власти
Вернуться к списку публикаций